На самом краю Ванкувера стоит удивительное здание, где хранятся истории людей, живших здесь задолго до того, как появились дороги и небоскребы. Речь идет о Музее антропологии – месте, куда приходят не только посмотреть артефакты, но и почувствовать настоящее ванкуверское прошлое. Далее на vancouver-future.
Становление музея
Идея создать музей антропологии (Museum of Anthropology) в Ванкувере появилась в стенах Университета Британской Колумбии еще в начале 20 века. Тогда ученые и путешественники, исследовавшие культуру побережья, понимали, что эти артефакты необходимо сохранить. Их собирали не для показа, а чтобы не потерять историю народов, живших здесь тысячи лет. Первым шагом стала коллекция Фрэнка Бернетта – путешественника, вернувшегося из Тихоокеанского региона с многочисленными предметами обихода, украшениями, деревянными фигурами и масками. Именно с нее началось собрание музея. Впоследствии к делу присоединились исследователи университета, которые привозили новые экспонаты из экспедиций по Канаде и за ее пределами.
В 1947 году музей официально открылся посетителям. Первоначально он занимал несколько комнат в главном корпусе университета. Коллекция постепенно пополнялась, поэтому уже в 1960–70 годах встал вопрос о новом здании, где можно было бы разместить большие деревянные тотемы, маски и хижины побережья народов. Тогда к работе пригласили архитектора Артура Эриксона. Он вырос в Ванкувере, хорошо знал этот ландшафт и не хотел, чтобы музей выглядел среди неотразимой природы города. Эриксон спроектировал здание так, чтобы оно будто продолжало береговую линию – из стекла, бетона и дерева, открытое к небу и морю. Его идея заключалась не в том, чтобы создать очередной музей, а чтобы построить место, ощущаемое как часть земли, на которой он стоит.
Архитектура
Здание Музея антропологии действительно не похоже на обычный музей. Артур Эриксон спроектировал ее так, чтобы свет свободно проходил через стеклянные стены, а бетон и дерево казались частью земли. В солнечные дни все внутри залито мягким блеском, а в дождь поверхности отражают небо. Это создает чувство, что ты не в помещении, а просто под защитой прозрачной крыши среди леса.
Архитектор вдохновлялся традиционными «большими домами» коренных народов побережья. Их форма проста, но величественна. Большие деревянные балки, открытые просторы, запах дерева – это воспроизводит атмосферу древних поселений. Эриксон не копировал эти здания, а переосмыслил их, сделав современными.
Из окон музея открывается панорама на океан и горы. Это не просто красивый вид. Он напоминает, где началась история этих земель и людей, о которых якобы рассказывают экспонаты.
Когда стоишь в главном зале среди тотемов, воздух кажется более густым. Никто не спешит, потому что пространство само заставляет замедлиться. Люди говорят потише, и даже дети перестают бегать.
Коллекции и экспозиции
Внутри Музея антропологии есть Главный зал (Great Hall). В ней под высокими потолками стоят массивные тотемы, деревянные фигуры, ритуальные лодки и хижины. Они принадлежат народам Haida, Kwakwaka’wakw, Coast Salish – тем, кто жил на этом побережье еще задолго до европейцев. Каждый предмет имеет свою историю, вырезанную вручную из кедра или выбитую из камня. Здесь ничего не выставлено для красоты, ведь все создано для жизни, для песен, праздников, семейных историй.
Среди всех экспонатов один, который стал самым главным символом музея – это работа Билла Рида «Ворон и первые люди» (The Raven and the First Men). На скульптуре изображена ворона, открывающая раковину, из которой выходят первые люди. Билл Рид был художником народа Haida, и именно его работы вернули древние образы в современную культуру.
Далее расположены многогранные галереи (Multiversity Galleries). Это огромное пространство, в котором собрано более 10 тысяч предметов со всего мира. Экспонаты размещены в стеклянных витринах без излишней помпезности. Можно стоять совсем рядом с резными масками, тканями, керамикой или украшениями. Более того, на табличках есть короткие истории, и за каждой из них стоит чья-то жизнь.
Еще одна часть музея – это Галерея Кернера (Koerner Ceramics Gallery). Здесь все совсем иначе: белый свет, ровные ряды полок, на которых стоят сотни керамических изделий. Они из разных эпох и стран – от древних лоханок до современных скульптур.
Кроме того, в музее постоянно что-то обновляется. Например, на временные выставки художники привозят сюда свои работы из разных уголков мира. Это позволяет увидеть, как древние традиции могут интерпретироваться по-новому. Также на сегодня экспозиции дополнены мультимедийными элементами. На экранах можно увидеть архивные фото, услышать записи старых песен или посмотреть, как мастера вырезают новые тотемы. Есть и цифровые архивы – посетители могут коснуться экрана и узнать историю каждого предмета.
Дух наследия
С первых лет существования Музея антропологии его работники пытались работать не только о коренных народах, а вместе с ними. Каждая экспозиция, каждый артефакт – это часть живой культуры, поэтому музей действует с большим уважением к тем, чьи истории сохраняет. Многие решения принимаются совместно с представителями общин Haida, Musqueam, Kwakwaka’wakw, Coast Salish и других народов. Они участвуют в создании выставок, в написании описаний, в выборе, что именно показывать публике, а что оставить только для членов сообществ. Такой подход называют shared authority – общая ответственность за культурную память. Это не просто правило, а способ восстановить доверие, которое когда-то потеряли, когда вещи убирались в музеи без разрешения.
Сейчас некоторые предметы возвращают в общины, откуда они происходят. Процесс непрост, потому что требует согласия обеих сторон, но для людей это имеет большое значение. Иногда артефакты остаются в музее, но выставляются на условиях, согласованных с общинами. Все происходит с уважением, без спешки, с пониманием, что у каждого предмета есть свой дух и история.
Кроме выставок в музее проводится много образовательных программ. Здесь часто бывают школьники, студенты, молодые исследователи. Они слушают истории от старейшин, видят, какова живая традиция не из учебников, а из первых уст. Есть программы для учителей и художников, помогающих лучше понимать сложную историю этих земель.
Через такие проекты музей помогает иначе смотреть на историю Канады. Не как на последовательность дат, а как на мозаику разных взглядов, традиций, обычаев… Для многих посетителей знакомство с этими историями становится моментом переосмысления, потому что за каждой маской, песней или резьбой стоит не просто искусство, а пережившая век человеческая память.
Музей антропологии в современности
В 2024 году Музей антропологии был реконструирован. Здание обновили, укрепили его сейсмически, добавили современные системы безопасности и удобства для посетителей. После 18 месяцев работ музей снова открыл дверь, и он встретил людей совсем другой – более светлый и комфортный.
В настоящее время музей напоминает живую лабораторию культуры. Здесь постоянно организуются новые выставки, регулярно появляются цифровые архивы и мультимедийные проекты. Здесь можно не только увидеть старые тотемы, но и услышать записи песен, попробовать интерактивные задания или следовать за маршрутами, открывающими новые детали истории. Каждый зал имеет свои особенности и атмосферу, и в этом есть определенная изысканность и подлинность, которая не может не восхищать.
Музей антропологии теперь играет роль не только местного, но и международного культурного центра. Художники, исследователи и студенты со всего мира приезжают сюда, чтобы посмотреть традиции коренных народов и их современную адаптацию.
И для обычных посетителей это особое место. Каждая скульптура, каждая маска или керамическое изделие становится поводом задуматься и прикоснуться к живой памяти этого края.
Источники:
- https://www.britishmuseum.org/collection/term/BIOG121763
- https://www.library.ubc.ca/archives/u_arch/burnett_collection.pdf
- https://moa.ubc.ca/about-moa
- https://visit.ubc.ca/see-and-do/museums-and-art-galleries/museum-of-anthropology
- https://260erickson.wordpress.com/works-and-achievements/museum-of-anthropology
